azb1958 (azb1958) wrote,
azb1958
azb1958

Мой незабвенный голос

Первый раз "высокая честь проголосовать за единого кандидата нерушимого блока коммунистов и беспартийных" (это не словоблудие, а клише того времени) выпала мне, кажется, в 1978 году.
Дело было в воскресенье, я был в городе, дома были мама и бабушка, обе запуганные этой властью достаточно, чтобы звонки и визиты "агитаторов" могли их сильно вывести из себя. Да мне и самому было интересно поучаствовать в незнакомой процедуре.

Тут важно одно обстоятельство: я с детства читал газеты. В том числе просматривал те их разделы, которых нормальный человек не видел вообще. После каждых выборов на следующий день на первой полосе публиковались результаты. Они были довольно постоянными: "ЗА" проголосовали 99.99% , изредка - 99.98%. Но меня с ранних пор занимали, естественно, отсутствующие 0.01%. Что-то значит делал не так один человек из каждых десяти тысяч ?

(Сейчас-то, умудренный жизнью, я понимаю, что скорее всего это пенсионерка Фрося Степановна, устав добиваться справедливости в ЖЭКе, писала в сердцах кляузу на пьяницу-водопроводчика на бюллетене, и тем делала его незачетным. Но тогда мне рисовались Буковский и Марченко.)

Выборы проходили в ближайшей школе. Здание с фасада было симметричным; поднявшись по правой лестнице на второй этаж, я уперся в несколько столов, за которыми сидели члены комиссии. Нашел нужный мне стол, отдал свой паспорт и расписался в книге учета. Мне вернули паспорт и вручили три бумажки (выборы были одновременно в Советы трех уровней.) Тут я наконец смог оглянуться и оценить диспозицию.

Процесс был прост как "Правда": от столов комиссии шла красная ковровая дорожка к противоположному концу широкого коридора. Там стояла большая деревянная урна со щелью, а за ней была вторая лестница. Граждане, получавшие бюллетени вместе со мной, шли к урне, опускали их и уходили по лестнице на выход. Место для проявления свободы воли вроде бы не предусматривалось.

Потом я увидел посередине коридора, у боковой стены, между дверями в классы, небольшую будочку с красной занавеской спереди, и сразу же направился туда. Зашел не оглядываясь, задернул занавеску, чувствуя кожей спины, куда смотрят все члены комиссии, и понимая, почему вдруг затих гул голосов.

Будочка была очень небольшая; на стене висела какая-то чушь про свободные выборы и нерушимый союз, но никаких инструкций о том, что же можно в ней делать, не было. На маленьком наклонном столике лежала пара огрызков карандашей. Я в первый раз прочитал свои бюллетени. Все они были размером с половину листка из школьной тетради и были организованы одинаково, в три, кажется, строчки, примерно так:
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

В Верховный Совет СССР

Кандидат от профсоюзной организации завода "Звезда", член КПСС, слесарь-монтажник 6 разряда

Шишкин Иван Гаврилович.

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Два других отличались названием совета (городской и районный), именами и титулами. И все, никаких квадратиков для галочки не предусматривалось, полагалось просто опустить это в урну. К такому повороту я был готов не вполне. Но раз уж начал, что-то сделать было надо. Как в нехитром квесте: есть бумажка и карандаш, и я попробовал все. На одном бюллетене я зачеркнул фамилию кандидата. Вышло не очень красиво. На другом написал печатными буквами "ПРОТИВ". На картину Эжена Делакруа "Свобода" все еще похоже не было. Про третий уже точно не помню.

Потом некоторое время стоял за занавеской, собираясь с духом выйти из кабинки. Мерный шум голосов уже восстановился, но в щелку мне было видно, как члены комиссии все время бросали нехорошие взгляды в мою сторону. Наконец решился, быстро вышел, не оглядываясь дошел до урны, опустил вещдоки и как можно быстрее покинул здание.

Всю дорогу домой казалось, что за мной кто-то уже идет; хотя очевидно было, что никому никуда идти было не нужно, свой паспорт я им предъявил за секунды до голосования, а размалеванных бюллетеней в урне много быть не могло. Некоторое время еще ждал последствий в институте, но внешне их не последовало. А если где-то добавили бумажку в какую-то папку, так и черт с ними.

Судьба моих бюллетеней осталась, естественно, неизвестной. Скорее всего занесли в испорченные, вряд ли у них был лимит на "ПРОТИВ". Так что в тот раз победить Софью Власьевну не удалось. Старуха была еще крепкая, обвешанная бровями и орденами, она еще больше 10 лет протянула.
__________________________________________________________________________________

Школа та, из серого силикатного кирпича, добротной сталинской постройки, наверняка стоит на том же месте, и выборный участок скорее всего там и остался. Почти 35 лет прошло, и каков же прогресс ! Уже не одинокий тщедушный еврей, пугливо озираясь, покидает праздник народного волеизъявления. Ныне сотни и тысячи молодых людей гордо и бесстрашно говорят и пишут: "Не забудем ! Не простим !"... Ну что ж, дело хорошее. Я вот тоже не забыл.

Не нами сказано: "В России надо жить долго."

Ну - или не надо.
Tags: Семейное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments